Охота


Впервые на русском языке последний роман знаменитого французского писателя и биографа Анри Труайя.

1869 год. Больше тридцати лет прошло после смерти Пушкина. Но до сих пор почитатели его таланта не могут смириться с ранней и нелепой гибелью величайшего из поэтов. Выпускник лицея Императорского Царского Села Александр Рыбаков одержим безумной идеей: цель своей жизни он видит в выполнении важнейшей и безотлагательной, поистине сверхъестественной миссии: уничтожить убийцу Пушкина. Он уверен: этот благородный поступок исправит ошибку судьбы, и с помощью его свершится священный акт возмездия. Узнав о том, что Жорж Дантес ведет блестящую жизнь сенатора Второй Империи в Париже, молодой человек очертя голову бросается туда и начинает охоту. Но кому собирается отомстить наш герой — жестокому преступнику, ничуть не задумывающемуся о содеянном, или случайному убийце, кающемуся грешнику, человеку, непременно желавшему защитить свою честь?

 

Анри Труайя — знаменитый французский романист и биограф, выдающийся исследователь исторического и культурного наследия России и Франции. Труайя создал более сотни книг. «Едва я закончу роман, как меня увлекает новый», — признавался автор, отличавшийся исключительной трудоспособностью. Писатель был удостоен Гонкуровской премии за роман «Паук», избран членом Французской Академии, награжден Большим крестом Ордена Почетного Легиона и другими наградами. Будучи русским по происхождению, связав все свое творчество с Россией, Труайя завоевал необычайную популярность в нашей стране.

 

Роман, который читается быстро и легко, но с истинным наслаждением. Здесь нет ничего лишнего, каждая деталь четко встраивается в общий ход повествования и открывает путь нравственного развития героев. Эта история не нравоучительна, но, прочитав ее, каждый получит массу пользы и удовольствия.

www.evene.fr

Страшная гибель самого великого из русских поэтов той эпохи настолько потрясла его соотечественников, что безумные фантазии выдуманного мной юного поборника справедливости вполне могли и в реальности оказаться характерными для его современников и земляков.

Анри Труайя

 

Прекрасная и неистовая Элизабет


Замечательный роман широко известного французского писателя Анри Труайя, впервые издаваемый на русском языке, будет интересно прочитать не только любительницам любовного жанра, но и самому искушенному читателю, ищущему встречи с литературой в высшем понимании этого слова. В центре внимания автора — развитие любовной истории Элизабет, не случайно названной прекрасной и неистовой.

 

Дорога воспоминаний. Сборник научно-фантастических произведений


Зарубежная фантастика

ДОРОГА ВОСПОМИНАНИЙ

Сборник научно-фантастических произведений

ПРЕДИСЛОВИЕ

КИБЕРЫ БУДУТ, НО ПОДУМАЕМ ЛУЧШЕ О ЧЕЛОВЕКЕ

Хотите увидеть Францию, какой она была за миллион лет до основания Парижа? Побывать в Готландии двадцать первого века? Или вас больше привлекает планета другой звездной системы, где неведомая цивилизация воздвигла зловещий Храм Будущего? Предлагаемый вниманию читателей сборник научно-фантастических произведении европейских писателей предоставит зам любую возможность.

Однако в каждом рассказе вы встретитесь с обыкновенным человеком. С нашим современником, который то пытается разглядеть себя в будущем, то использует магический кристалл воображения, чтобы лучше разобраться в себе самом, какой он есть в настоящем.

Но если так, к чему тогда столько невероятного, зачем все эти несуществующие миры и прочие выверты фантазии? Разве недостаточно тех испытанных и могучих средств художественного познания дейс…

Крушение


Анри Труайя

КРУШЕНИЕ

I

Двадцать минут одиннадцатого. С каждым днем он встает все позже! Как, вообще, можно спать под стук ее пишущей машинки? Конечно, ему ужасно тесно в этой крохотной передней, где нет даже окна. «Подергать его за ноги, или пусть спит дальше?» — колеблется Франсуаза, глядя на дверь в прихожую. Желтая краска в самом центре стены вздулась и начала осыпаться. Франсуаза пожалела, что, делая ремонт, не выбрала другой цвет: к примеру, бледно-голубой или миндально-зеленый. Ее пальцы вновь прикасаются к клавиатуре. «В половине одиннадцатого я его растолкаю!» Текст, который Франсуаза перепечатывает для фирмы «Топ-Копи», оказался, как обычно, таким нудным, что она больше не пытается вникнуть в его смысл — какие-то юридические выкладки, перемежающиеся колонками цифр. Она обещала все сдать до двенадцати. Александр сейчас в кафе — корпит над своими переводами, сидя за столиком. Впрочем, ему всегда нравилось писать среди гула голосов и мелькающего взад-впе…

Голод львят


Анри Труайя

Голод львят

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

За бортом потемнело так быстро, что Жан-Марк, удивленный, наклонился к иллюминатору. Дневной свет, поборовшись в скорости с самолетом и безнадежно отстав, остался позади. На западе еще сверкала широкая полоса синего неба, в то время как на востоке уже сгустилась тьма. Жан-Марк посмотрел на часы — они показывали нью-йоркское время: три часа дня там, восемь часов вечера во Франции. Он перевел стрелки. Поездка подходила к концу. Сиреневые сумерки, словно дым, проникали в салон самолета. Все лампы зажглись одновременно. Сосед Жан-Марка, американец, с сединой в волосах и с брюшком, снял пиджак и дремал, откинувшись затылком на спинку кресла. Его жена, сидевшая рядом с ним, невозмутимо строчила письмо за письмом. Она была левшой. Самолет тряхнуло. Буря на подлете к Европе? Бесстрастный голос стюардессы сообщил в микрофон:

— Мы пролетаем над Ла-Маншем. Через несколько минут вы сможете слева увидеть огни Сен-Мало, с…

Палитра сатаны: рассказы


Анри Труайя

Палитра сатаны

: рассказы

Последнее утешение Мартена Кретуа

1

Опять цыпленок с зеленым горошком! Ну да, стоило Мартену Кретуа дважды похвалить это блюдо, как она стала подавать по воскресеньям только его. Из милосердия он не отважился признаться сестре, что в красные дни календаря предпочел бы меню поразнообразнее. Но Гортензия не отличалась кулинарными талантами. Когда он перебирал в памяти аппетитные блюда, что подавала на стол Аделина, это усугубляло его скорбь о кончине супруги — скоропостижной, пять лет назад, от разрыва аневризмы. Вот и сейчас, вставая из-за стола, он дал себе слово навестить могилу на сельском кладбище. Эта мысль в конце трапезы успела стать частью его домашнего обихода, вошла в традицию. Как курятина под зеленым горошком.

Мартен был человеком привычки. И потому, на все лады понося про себя рутину повседневности, он при всем том ценил постоянство жестов и эмоций, их повторение в непрерывном потоке времени. Ничто т…

Дочь писателя


Анри Труайя

Дочь писателя

I

— Мы же опоздаем!

— Ничего, подождут!

Арман Буазье лукаво посмотрел на дочь, сидевшую за рулем. Она возразила ему совсем как ее мать в былые времена, с беспечной небрежностью. Изабель тоже не преминула при случае напомнить ему о том, какое положение он занимал. Она даже убеждала его быть пожестче в разговорах с издателем. Всю свою молодость Сандрина, которую в семье любовно называли Санди, только и слышала о том, что отец, при всем своем писательском таланте, совершенно неспособен защищать собственные интересы. И так повторялось изо дня в день. Семь лет прошло с тех пор, как умерла Изабель, и все это время Санди так хорошо заменяла мать, что Арман уже не осознавал, кто из этих двух женщин сидит в машине рядом с ним. Получить водительские права он так и не решился: женские руки управляли за него автомобилем, а он лишь пассивно отдавался ощущению скорости и движения. Это позволяло ему спокойно рассуждать о необычности свое…

Распутин


Анри Труайя

РАСПУТИН

1

Не выдающаяся личность этот мальчишка — трепло, ворюга, матерщинник, первый на кого жители села Покровского, что в Сибири, кивают, если случится кража, пропала курица или испарилась из овчарни овца. А ведь у паршивца Гришки Распутина всего вдоволь. Родители Ефим и Анна — зажиточные люди. Восьмикомнатный дом, много земли, скотина, лошади — рабочие и для выезда. Отец крестьянин, но занимается извозом. Живут в достатке. Жена родила ему двух сыновей, непоседливых крепышей — Михаила, а два года спустя Григория. Последнего назвали в честь святого Григория Анатолийского, именины которого по святцам 10 января. Распутин[1] — уличное прозвище, никто точно не знает его происхождения. Может быть, от слов «распутство», «распутье», а может, «распутывать». И на самом деле характер батюшки нашего героя в точности ему отвечает: выпить не дурак, мужик с размахом и по-крестьянски смекалистый, себе на уме. Дети его не занимают. На кой ляд…

Борис Пастернак


Борис Пастернак, ярчайший поэт Серебряного века, один из самых значительных писателей советского периода и великий переводчик, был человеком непростой судьбы. Из-за травли, развязанной в прессе, ему пришлось отказаться от Нобелевской премии за роман «Доктор Живаго», создание которого сам писатель считал делом всей своей жизни.

В книге французского писателя и историка Анри Труайя повествуется о полной драматизма судьбе Пастернака, о трагическом противостоянии Поэта и советской бюрократической системы, о его дружбе с Маяковским и Цветаевой, о женщинах, которые на долгие годы стали его музами.