Зарубежная фантастика. Выпуск 1


Сборник фантастических рассказов.      

Американская фантастика. Том 12


В 12-й том включены наиболее известные произведения писателей-фантастов Фредерика Брауна и Уильма Тенна, занимащих видное место в первом ряду мастеров современного американского научно-фантастического рассказа. Путешествия в космос с характерными парадоксами теории относительности, контакты с представителями неземных цивилизаций, перемещения во времени, проблемы взаимоотношений между интеллектуальными роботами и людьми, сложные ситуации, к которым приводят удивительные изобретения и открытия, — это далеко не полный перечень тем их рассказов.

Для любителей научной фантастики.

 

Содержание:

 

Фредерик Браун

Немного зелени…

(перевод З. Бобырь)

Звездная карусель

(перевод И. Гуровой)

Этаонн Шрдлу

(перевод С. Бережкова)

Кукольный театр

(перевод Р. Рыбкина)

Звездная мышь

(перевод Л. Этуш)

Волновики

(перевод М. Литвиновой)

Арена

(перевод А. Иорданского)

 

Уильям Тенн

Срок авансом

(перевод И. Гуровой)

Семейный человек

(перевод Г. Малиновой)

Бруклинский проект

(перевод Р. Облонской)

Берни по прозвищу Фауст

(перевод А. Чапковского и С. Левицкого)

Игра для детей

(перевод В. Кана)

Две половинки одного целого

(перевод Р. Рыбаковой)

Шутник

(перевод Ю. Эстрина)

Открытие Морниела Метауэя

(перевод С. Гансовского)

Нулевой потенциал

(перевод А. Иорданского)

Посыльный

(перевод А. Корженевского)

Хозяйка Сэри

(перевод Г. Палагуты)

Момент бури (сборник)


В сборник вошли произведения наиболее известных зарубежных писателей-фантастов — А. Азимова, Р. Шекли, Р. Брэдбери, К. Саймака и др. В форме научно-фантастических новелл изложены гуманистические взгляды авторов на взаимоотношения человека с окружающей средой, раскрыты его творческие и индивидуальные особенности, упорство и стойкость в экстремальных ситуациях. Авторы выступают против духовного оскудения, упрощенческого отношения к окружающему миру.

Для широкого круга читателей.

 

Содержание:

Роджер Желязны. Момент бури. Пер. В. Баканова

Фредерик Браун. Купол. Пер. М. Загота

Клиффорд Саймак. Достойный соперник. Пер. Ю. Логинова

Роберт Шекли. Зацепка. Пер. Н. Евдокимовой

Роберт Шекли. Руками не трогать! Пер. А. Санина

Альфред Ван-Вогт. Чудовище. Пер. Ф. Мендельсона

Айзек Азимов. Нечаянная победа. Пер. Д. Жукова

Гордон Р. Диксон. Странные колонисты. Пер. В. Казанцева

Роберт Шекли. Что в нас заложено. Пер. А. Санина

Джек Вэнс. Гнусный Макинч. Пер. А. Григорьева

Рэй Бредбери. Коса. Пер. Н. Куняевой

Челси Куинн Ярбро. Лягушачья заводь. Пер. А. Гвоздиевского

Клиффорд Саймак. Дурной пример. Пер. С. Васильевой

Рэй Бредбери. Земляне. Пер. Т. Шинкарь

Роберт Шекли. «Особый старательский». Пер. А. Иорданского

Сирил Корнблат. Гомес. Пер. Т. Хейфец

Гордон Р. Диксон. Мистер Супстоун. Пер. В. Казанцева

Уильям Тенн. Посыльный. Пер. А. Корженевского

Бен Бова. Незначительный просчет. Пер. И. Можейко

Рэй Бредбери. Синяя бутылка. Пер. Р. Рыбкина

 

Составитель: В. С. Кондратьев

 

Шутник


Уильям Тенн

Шутник 

Есть поговорка, что из крохотных желудей вырастают огромные дубы, но почему-то не говорят о крохотных дубах, вырастающих из огромных желудей.

А ведь случается и такое. Можно не попасть в аварию, зато влипнуть, в историю. Еще не известно, что хуже.

В одно прекрасное утро, году так в 2208-м, некий неглупый, жизнерадостный, но слишком уж изворотливый молодой человек проснулся и обнаружил, что погорел на собственной гениальной идее.

Вот обидно!

Давным-давно, в самом начале девятисотых годов, люди вдруг обнаружили, что холодным осенним вечером куда приятнее завести дома граммофон, чем в дождь и слякоть тащиться в оперетку. Примерно тогда же домовладельцы, проявляя заботу о кулаках гостей, принялись покупать электрические звонки, а немного погодя появилась возможность открывать дверь и впускать в дом человека, стоящего на улице, простым нажатием кнопки.

В лабораториях ученые уже возились с первыми фотоэлементами.

Ради…

Шоколадно-Молочное Чудище


Уильям Тенн

Шоколадно-Молочное Чудище

Едва открыв глаза и увидев цвет неба, форму облаков и невероятный ландшафт вокруг, Картер Браун уже точно знал, где находится. Для этого ему не понадобилось внюхиваться в сладковато-приторный запах, буквально ударяющий в ноздри, или детально исследовать темно-коричневую, мягко журчащую реку, текущую между двумя невысокими конусообразными холмами, совершенно одинаковыми по форме и покрывающей их растительности.

Никаких сомнений — после того как в течение полутора десятков наполненных ужасом секунд Картер созерцал абсолютной голубизны небо («Голубее не бывает», — мрачно пошутил он) и плывущие по нему овальные розово-белые облака. Ни малейших — если сюда прибавить еще и хлопающих крыльями птиц, каждая из которых выглядела как буква V с чуть загнутыми наружу и вниз концами.

Только одно место во Вселенной могло похвастаться таким вот ландшафтом, такой атмосферой, такими птицами. Это был Мир Шоколадно-Молочного Чудища.

<...

Хранитель


Солнце вот-вот должно превратиться в сверхновую и люди бежали, прихватив с собой самое необходимое. Но что самое необходимое? Хранители считали, что нет ничего важнее искусства, но победил рационализм. Их увозили силой, но один все-таки сумел остаться, чтобы умереть вместе с тем, что он считал ценнее человеческой жизни.

Убежища!


Уильям Тенн

Убежища!

Голос был низкий, задыхающийся, испуганный. Охрипший, настойчивый, он перекрывал рев толпы, шум дорожного движения и проникал в просторный офис на третьем этаже посольства, требуя немедленного внимания.

Его превосходительство посол из 2219 года — единственный, кто находился в офисе, — вид имел совершенно невозмутимый. Его взгляд выражал твердое убеждение в том, что на свете не существует сложностей и любая проблема, какой бы сложной она ни казалась, решается элементарно просто. Но доносившийся снизу крик, похоже, выбил из колеи и его.

С несвойственной ему торопливостью посол встал и приблизился к окну. Как раз в этот момент высокий бородатый мужчина в рваной одежде, сквозь прорехи в которой проглядывало покрытое синяками тело, спрыгнул с высокой ограды на лужайку перед посольством. Воздев руки к трехэтажному зданию посольства из 2219 года, он пронзительно закричал:

— Убежища!

Преследующая его толпа разразилась ответными кр…

Темная звезда


Уильям Тенн

Темная звезда

Итак, он снова настает. Год уже другой, а он снова тут как тут. Этот День. Только на этот раз пятидесятилетний юбилей. Репортеров и редакторов уже понаехало полным-полно. Празднества и торжества во всех крупных городах Земли, на каждой планете Солнечной системы, даже на Луне — нет, правда-правда! То-то радость детворе — гуляния в парках, фейерверки, кутежи, танцульки, парады. Вам, парни, везде и не поспеть. Этот День…

Проходите, пожалуйста, вперед и усаживайтесь поудобнее. Я уже жду вас. Хочу сразу признаться, что вы вряд ли услышите от меня много нового. Я поведаю вам все ту же старинную историю, которую каждый из вас наверняка слышал, и не раз, на протяжении последних сорока девяти лет, но ведь никому она еще не надоела, не правда ли?

История, незримо стоящая за всеми сообщениями и новостями, своеобразный колорит, окрашивающий исторические события, — вот, что я собираюсь вынести на ваш суд.

Тем из вас, кто хотел бы отдо…

Снаряд-неудачник


Уильям Тенн

Снаряд-неудачник

Ну наконец-то. Я принял твердое решение. Война закончена, и, как только «Солнечный удар» осуществит посадку на Земле, я сдам своих пленников какому-нибудь чиновнику трибунала по военным преступлениям и снова стану абсолютно гражданским лицом. Я буду свободен делать что хочу — пить вино, петь песни и… ну, вы понимаете, что я имею в виду, — в общем, весь набор.

Коммуникатор, установленный на потолке приятного, нежного цвета, показывал оставшееся расстояние — два миллиона миль. В общем, пара пустяков! Это путешествие вообще оказалось очень приятным. «Солнечный удар» — роскошная частная космическая яхта, реквизированная для нужд земного Космического флота — для доставки моих необычных подопечных в руки правосудия. Я надеялся, что когда-нибудь я смогу позволить себе такую яхту. После того как много лет пробуду сугубо гражданским человеком…

Глаза буквально слипались. Джимми Троки должен разбудить меня через четыре часа, чтобы я …

Последний полет


Уильям Тенн

Последний полет

Кабинет комиссара Брина в Сандсторме, внеземной штаб-квартире марсианского патруля, не очень отличался от кабинетов других канцелярских баронов. Если был в одном таком, думал Вик Карлтон, считай, знаешь их все; вот уже двенадцать лет он стоял на карауле во время освященной традицией церемонии, известной под названием Поцелуя Смерти, и перевидал их все — каждый раз это было помещение, выкрашенное исключительно в белый цвет. Эти комнаты были гостеприимными, как стол хирурга.

Несколько звездных карт — словно пятна на ослепительной белизне стен; книжный шкаф, набитый разнообразными справочниками и руководствами по космосу; чопорный прямоугольный письменный стол, перед ним — единственный стул на тонких ножках; над столом — памятный список погибших разведчиков — в нем было 563 имени тех, кто погиб на службе: 563 человека из 1420, когда-либо служивших в разведке.

Служба в разведке была добровольной, и каждый год во всех концах Галакти…