Наполеон. Жизнеописание


Великие судьбы непредсказуемы. Кто бы мог предугадать в 1769 году, что только что родившийся корсиканский мальчик создаст со временем во Франции Империю и будет раздавать братьям троны Европы? Кто бы мог предвидеть в 1794 году, что молодой лейтенант, даже не вполне француз, станет в 1800-м хозяином страны? Кто бы дерзнул утверждать в 1810 году, что пять лет спустя эта блистательная звезда померкнет? Кто бы мог вообразить в 1815-м, что шесть лет изгнания станут пьедесталом для самой ослепительной посмертной славы века? И кто тогда думал, что этот человек, двадцать лет водивший французов в бой, к победе, а потом к поражению, останется дорог их сердцам, а его легенда будет одной из самых прекрасных в истории?

 

Письма незнакомке (сборник)


Перед вами – лучшее из творческого наследия Моруа. Произведения, воплотившие в себе всю прелесть его ироничного таланта постижения человеческой психологии. Рассказы разных лет, но прежде всего – гениальные «Письма незнакомке».

Парадоксальные, полные тонкого юмора и лиризма, они до сих пор считаются своеобразным «эталоном жанра» и до сих пор вызывают множество вопросов.

Существовала ли таинственная Незнакомка, которой Моруа давал советы, достойные Лакло и Овидия?

Быть может, это не столь уж и важно?…

Отель «Танатос» (сборник)


Французская фантастика.

 

Составитель: Валерий Родиков

Москва: Молодая гвардия, 1991 г.

 

Оригиналы:

«Thanatos» Palace-hôtel (1937)

La Vie des hommes (1928)

Avis aux directeurs de jardins zoologiques (1969)

La Machine d’Onésime (1965)

Les robinsons du cosmos (1955)

Французская фантастическая проза (антология)


В настоящий том включены произведения крупнейших французских писателей-фантастов (Ж. Рони-старший, Ф. Карсак, П. Буль, Ж. Клейн, М. Демют), а также известных прозаиков, работавших и в научно-фантастическом жанре (А. Моруа, Веркор). Содержание: * Франсис Карсак. Бегство Земли (перевод Ф. Мендельсона) * Веркор. Люди или животные? (перевод Г. Сафроновой, Р. Закарьян) * Жозеф Рони-старший. Ксипехузы (перевод А. Григорьева) * Пьер Буль. Бесконечная ночь (перевод В. Котляра) * Жерар Клейн. Голоса Пространства (перевод Н. Галь) * Жерар Клейн. Развилка во времени (перевод Ф. Мендельсона) * Андре Моруа. Отель «Танатос» (перевод А. Кулишер) * Андре Моруа. Из «Жизни людей» (перевод Ф. Мендельсона) * Мишель Демют. Скучная жизнь Себастьяна Сюша (перевод А. Григорьева)  

Роберт и Элизабет Браунинг


Образ великого человека не остается неизменным после его смерти. Портрет, запечатленный в памяти людей, не перестает трансформироваться. Новые свидетельства, случайно найденные документы вынуждают нас добавлять новые мазки к уже составившемуся представлению. Именно это случилось со мной, когда я прочел книгу о поэте Браунинге “Портрет Роберта Браунинга”, написанную Бетти Миллер и изданную в 1953 году в Лондоне (издательство Джона Меррея). До тех пор история женитьбы Роберта Браунинга на Элизабет Барретт рисовалась мне рождественской сказкой, живым вариантом “Спящей красавицы”. Златокудрая девушка чахнет взаперти и медленно умирает в лондонском доме под властью дракона-отца. И вот появляется храбрый принц — поэт, который преодолевает множество препятствий, будит ее ото сна, похищает и женится на ней. Они уезжают в Италию, у них рождается дитя, они наслаждаются полным счастьем. Красивый заоблачный сюжет. Пора опустить его на землю. Первая половина сказки правдива или, по крайней мере, близка к истине. Вторая — куда дальше от нее. Письма и воспоминания современников свидетельствуют, что эта великая любовь недолго была счастливой, потому что в основе ее лежало взаимное заблуждение. Но теряя свою сказочную фееричность, история становится более человечной и значительной.

Земля обетованная


Андре Моруа, классик французской литературы XX века, автор знаменитых романизированных биографий Дюма, Бальзака, Виктора Гюго и др., считается подлинным мастером психологической прозы.

Впервые на русском языке его роман «Земля обетованная».

Писатель вновь затрагивает ту же тему, что в знаменитых «Письмах к незнакомке» или «Превратностях любви», а именно «науку страсти нежной». Героиню романа – прелестную мечтательницу Клер физическая сторона любви отталкивает и в то же время притягивает. Однако влечение, которое испытывают к ней представители сильного пола, кажется ей вульгарным и едва ли не пошлым. Навешивая на знакомых ярлыки, молодая женщина не понимает, что сосредоточена лишь на собственных чувствах, стихах и дневниковых записях. Беда Клер – в неспособности проникнуть во внутренний мир близких людей, в уверенности, что взаимонепонимание неизбежно. И лишь в экстремальных обстоятельствах ей удается выйти за пределы очерченного круга.

Письма незнакомке


В «Письмах незнакомке» (1956) Моруа раздумывает над поведением и нравами людей, взаимоотношениями мужчин и женщин, приемами обольщения, над тем, почему браки оказываются счастливыми, почему случаются разводы и угасают чувства. Автор обращает свои письма к женщине, но кто она – остается загадкой для читателя. Случайно увиденный женский силуэт в театральном партере, мелькнувшая где-то в сутолоке дня прекрасная дама – так появилась в воображении Моруа Незнакомка, которую писатель наставляет, учит жизни, слегка воспитывает. Очень многому эти письма могут научить и нас, читателей XXI века, – они будут полезны не только женщинам, ищущим опору в этой жизни, но и мужчинам, так часто не понимающим логику поведения и психологию представительниц прекрасного пола.

Сентябрьские розы


Впервые на русском языке его поздний роман «Сентябрьские розы», который ни в чем не уступает полюбившимся русскому читателю книгам Моруа «Письма к незнакомке» и «Превратности судьбы». Автор вновь исследует тончайшие проявления человеческих страстей. Герой романа – знаменитый писатель Гийом Фонтен, чьими книгами зачитывается Франция. В его жизни, прекрасно отлаженной заботливой женой, все идет своим чередом. Ему недостает лишь чуда – чуда любви, благодаря которой осень жизни вновь становится весной.

Три Дюма (ЖЗЛ)


А. Моруа

ТРИ ДЮМА

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Мало есть имен более известных миру, чем имя Дюма-отца. В любой стране читали его книги и продолжают их читать. Поэтому мне нет необходимости оправдывать свой выбор. Изучая жизнь Жорж Санд и Виктора Гюго, я натолкнулся в процессе работы на новые документы, — и мне пришлось добавить к моей галерее романтиков портрет Александра Дюма. Критики поколения Думика[1] — Брюнетьера[2], признавая в нем человека, наделенного недюжинными природными способностями, отказывали в таланте его произведениям. Прекрасная книга господина Анри Клуара[3] возвратила Дюма его законное место в истории французской литературы.

Его обвиняли в том, что он забавен, плодовит и расточителен. Неужели для писателя лучше быть скучным, бесплодным и скаредным? Рубеж, отделяющий в наши дни литературу серьезную, которую только и удостаивают уважением, от литературы развлекательной, в прежние века не существовал. «Мольер вышел из балагана. — пишет Роже Кайуа,…

Три Дюма


Андре Моруа

Три Дюма

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Мало есть имен более известных миру, чем имя Дюма-отца. В любой стране читали его книги и продолжают их читать. Поэтому мне нет необходимости оправдывать свой выбор. Изучая жизнь Жорж Санд и Виктора Гюго, я натолкнулся в процессе работы на новые документы, – и мне пришлось добавить к моей галерее романтиков портрет Александра Дюма. Критики поколения Думика-Брюнетьера, признавая в нем человека, наделенного недюжинными природными способностями, отказывали в таланте его произведениям. Прекрасная книга господина Анри Клуара возвратила Дюма его законное место в истории французской литературы.

Его обвиняли в том, что он забавен, плодовит и расточителен. Неужели для писателя лучше быть скучным, бесплодным и скаредным? Рубеж, отделяющий в наши дни литературу серьезную, которую только и удостаивают уважением, от литературы развлекательной, в прежние века не существовал. «Мольер вышел из балагана, – пишет Роже Кайуа, – и без…