Нечто по Хичкоку (сборник)


Нечто по Хичкоку

Повести из антологий, составленных Альфредом Хичкоком

Д. К. Бростер

Расплата

I

В первый раз Огюстен Маршан заметил существование «этого» в одно прекрасное летнее утро, точнее в июньское утро 1898 года, то есть примерно через три недели после его возвращения из Праги. По своей давней привычке он сочинял стихи, уютно устроившись, в своей библиотеке в Эбетс Мединге. Одно из широких окон было раскрыто в сад. Поэт призадумался, ожидая нового наплыва вдохновения. Он заканчивал поэму «Приветствую всех неверующих». Вдохновение не спешило прийти, и Огюстен Маршан любовно оглядывал обстановку и убранство комнаты, в которых отразился его требовательный вкус. Мебель от Буля раннего периода, французская перегородочная эмаль, фаянс и фарфор японских мастеров. Поэт перевел взгляд за окно на изумрудную роскошь природы, сияющую под солнечными лучами.

Переведя взгляд обратно в помещение, Огюстен Маршан заметил, а подождав, чтобы зрение прис…

Дьявольская сила (сборник)


ДЬЯВОЛЬСКАЯ СИЛА

Антология мистического рассказа

Фриц Лейбер

ДЕВУШКА С ГОЛОДНЫМИ ГЛАЗАМИ

Хорошо, я расскажу вам, почему один вид этой девушки вызывает у меня мурашки по спине. Почему я терпеть не могу появляться в деловой части города и смотреть на то, как мужики пускают слюни, когда на рекламных щитах небоскребов видят ее рядом с бутылкой какого-нибудь популярного напитка, пачкой сигарет или еще бог знает с чем. Почему я больше не читаю журналов, зная, что наверняка она где-нибудь появится с бюстгальтере или в ванне с пенящейся водой. Почему мне противно думать о том, что миллионы американцев впитывают в себя эту ядовитую полуулыбку. Впрочем, эта целая история — история, куда более серьезная, чем может показаться.

Нет, не подумайте только, что я вдруг стал относиться к порокам рекламы и присущему американцам комплексу перед шикарными девицами с интеллигентским пренебрежением. Для человека с такой работой как у меня это было бы просто смешно. Но в…

Короткий триллер


Короткий триллер

С. Гилфорд

Игрок в покер

Байрон Дюкей одиноко сидел за восьмиугольным столом, покрытым зеленым сукном. Справа от него на небольшой подставке столбиками высились фишки для покера — красные, белые и синие, слева на маленькой тележке стояли бутылки виски, дюжина чистых стаканов, сифон с содовой и большой сосуд, доверху заполненный кубиками льда.

Тонкие, с ухоженными ногтями пальцы перетасовали колоду карт, и Байрон Дюкей приступил к загадочной игре, походившей то ли на солитер, то ли на гадание. Карты открывались одна за другой, а красивое, аскетичное лицо игрока сохраняло полную невозмутимость. Во всей огромной квартире царила тишина.

И вдруг еле слышно щелкнула открывающаяся дверь. Байрон громко и дружелюбно произнес:

— Кто бы это ни был — прошу войти.

Он ожидал приятеля и партнера по игре. Но человек, появившийся перед ним через полминуты, пришел сюда отнюдь не для карточной игры. Он был невысок и удивительно тощ, одет …

Антология мировой фантастики. Том 8. Замок ужаса


Антология мировой фантастики

Том 8

Замок ужаса

Алексей Толстой

Упырь

Бал был очень многолюден. После шумного вальса Руневский отвел свою даму на ее место и стал прохаживаться по комнатам, посматривая на различные группы гостей. Ему бросился в глаза человек, по-видимому, еще молодой, но бледный и почти совершенно седой. Он стоял, прислонясь к камину, и с таким вниманием смотрел в один угол залы, что не заметил, как пола его фрака дотронулась до огня и начала куриться. Руневский, возбужденный странным видом незнакомца, воспользовался этим случаем, чтоб завести с ним разговор.

— Вы, верно, кого-нибудь ищете, — сказал он, — а между тем ваше платье скоро начнет гореть.

Незнакомец оглянулся, отошел от камина и, пристально посмотрев на Руневского, отвечал:

— Нет, я никого не ищу; мне только странно, что на сегодняшнем бале я вижу упырей!

— Упырей? — повторил Руневский, — как упырей?

— Упырей, — отвечал очень хладнокровно не…

Журнал «Если», 1995 № 04


«Если», 1995 № 04

Томас Диш

СЛАВНЫЙ МАЛЕНЬКИЙ ТОСТЕР ОТПРАВЛЯЕТСЯ НА МАРС

Сегодняшний номер «Если» посвящен герою, общения с которым в последнее время нам явно не хватает. Этот герой — юмор. Путешествие в его страну мы начнем вместе с забавной и трогательной компанией… электроприборов. Да-да, благородных, рыцарственных электроприборов, до последнего вольта преданных своей хозяйке.

Некоторые наши читатели, возможно, уже познакомились с ними на страницах третьего номера журнала «SOS» («Сериал острых сюжетов»), где была опубликована первая повесть дилогии Томаса Диша. Во второй, которую мы предлагаем вашему вниманию, перед славным маленьким тостером и его друзьями стоит еще более ответственная задача- спасти человечество…

Все это вздор! — буркнул старый Гувер[1] — Сущий вздор!

— Остальные электроприборы маленького домика боязливо переглянулись. Никому из них не хотелось затевать спор с ворчливым старым пылесосом, тем более когда он бы…

Журнал «Если», 1994 № 11-12


«Если», 1994 № 11-12

Роберт Блох

ЛЮБЛЮ БЛОНДИНОК

Люблю блондинок. Конечно, это дело вкуса, а о вкусах, как известно, не спорят. Кто-то из моих друзей любит брюнеток, а кто-то — рыжих. Им, в конце концов, виднее.

В общем, кому что, а моя любовь — блондинки. Высокие и коротышки, толстые и худые, красотки и замухрышки… Короче говоря, блондинки всех сортов, размеров, форм и национальностей. Разумеется, я слышал кучу всяких на их счет соображений. И кожа у них блекнет рано, и интеллект у них невысок, к тому же они легкомысленны, корыстны, тщеславны и черт знает что еще. Но все это меня ни капельки не волнует. Даже если это и правда. Ведь любят не за что-то, а иногда даже вопреки всему.

Ладно, хватит об этом. Я вовсе не собираюсь оправдываться. И тем более кому бы то ни было объяснять, почему в восемь вечера стоял на углу Рид и Тэмпл, высматривая свою блондинку.

Возможно, я перестарался, подбирая свой костюм: вид у меня получился довольно н…

Журнал «Если», 1993 № 09


«Если», 1993 № 09

Роджер Желязны

Вечная мерзлота

Почти у самой вершины западного пика Килиманджаро лежит иссохший мерзлый труп леопарда.[1] Автору каждый раз приходится объяснять, что он там делает, потому что окоченевшие леопарды не очень-то разговорчивы.

МУЖЧИНА. Казалось, музыка возникает и исчезает по собственной воле. Во всяком случае, сколько ни верти рукоятку приемника около кровати, это никак на него не влияет. Полузнакомые и вовсе неизвестные мелодии, по-своему трогательные. Зазвонил телефон, и он снял трубку. Никого. Опять никого.

За последние полчаса это уже в четвертый раз. Пока он приводил себя в порядок, одевался и продумывал аргументы, четырежды раздавались пустые звонки. Он справился в регистратуре, но автоответчик никаких звонков не зафиксировал. Что, впрочем, ни о чем не говорило, поскольку этот поганец явно испорчен, как и все здесь.

И без того сильный ветер совсем взбесился, швыряя куски льда в стены дома — будто в бой под…

Психоз 2


Психоз 2[1]

Стелле Лоэб Блох[2] с вечной любовью посвящается

1

Норман Бейтс смотрел в окно библиотеки, изо всех сил стараясь не замечать решетку.

Просто не замечай ее, и все. Это такое счастье, когда чего-то не замечаешь. Но счастья не было — да и какое может быть счастье за решетками больницы штата. Когда-то это была клиника для душевнобольных преступников. Теперь мы живем в более просвещенном веке, и ее больше так не называют. Однако решетки на окнах остались, а он за ее стенами и смотрит в окно.

«Решетка на окне — не клеть, а стены — не тюрьма».[3] Это сказал поэт Ричард Лавлейс, давно, еще в семнадцатом веке.[4] И Норман сидит тут давно — не триста лет, конечно, хотя порой ему кажется, что прошло несколько столетий.

Что ж, раз уж ему приходится сидеть, то, пожалуй, лучше библиотеки места не найти, а быть библиотекарем — несложная работа. Очень немногие пациенты интересуются книгами, и у него предостаточно времени, чтобы почитать в…

Психоз


Роберт Блох

Психоз[1]

10 % этой книги посвящается Гарри Альшулеру,[2] сделавшему 90 % работы.

1

Он услышал шум, и страх, словно разряд тока, пронесся по телу. Звук был глухой, как будто кто-то стучал по оконному стеклу.

Норман Бейтс судорожно поднял голову, привстал, и книга выскользнула из его рук, ударившись о тучные ляжки. Затем он осознал, что это просто вечерний дождь, просто дождевые капли, стучащие по окну гостиной.

Норман не заметил, как начался дождь и наступили сумерки. Однако в комнате стало довольно темно, и он потянулся к лампе, прежде чем продолжить чтение.

Это была старая настольная лампа, принадлежавшая к распространенному когда-то типу, с разрисованным стеклянным абажуром и бисерной бахромой. Она стояла в гостиной с незапамятных времен, и Мама наотрез отказалась избавиться от нее. Да Норман на самом деле и не хотел этого: он прожил здесь все свои сорок лет, и в старых, привычных вещах, окружавших его с детства, было ч…

Американские рассказы и повести в жанре "ужаса" 20-50 годов


АМЕРИКАНСКИЕ РАССКАЗЫ И ПОВЕСТИ В ЖАНРЕ «УЖАСА» 20–50 годов

Двадцатые — пятидесятые годы в Америке стали временем расцвета популярных журналов «для чтения», которые помогли сформироваться бурно развивающимся жанрам фэнтези, фантастики и ужасов. В 1923 году вышел первый номер «Weird tales» («Таинственные истории»), имевший для «страшного» направления американской литературы примерно такое же значение, как появившийся позже «Astounding science fiction» Кемпбелла — для научной фантастики. Любители готики, которую обозначали словом «macabre» («мрачный, жуткий, ужасный»), получили возможность знакомиться с сочинениями авторов, вскоре ставших популярнее Мачена, Ходжсона, Дансени и других своих старших британских коллег. Самым ярким из американских последователей жанра ужасов стал Говард Филлипс Лавкрафт (Howard Phillips Lovecraft).

Единственный общепризнанный классик, сформировавший каноны «macabre fiction», которого литературные критики удостоили сравнения …